Ева Гессе (2016) 2 смотреть фильм онлайн
Ева Гессе прожила всего тридцать четыре года. Но за этот короткий срок она успела оставить заметный след в американском искусстве шестидесятых. Родилась в Германии в еврейской семье, в детстве бежала от нацистов вместе с родителями сначала в Голландию, потом в Америку. Эта ранняя травма, потеря матери, сложные отношения с отцом — всё это позже отозвалось в её работах, хотя она никогда не называла их автобиографическими.
В Нью-Йорке шестидесятых кипела художественная жизнь. Абстрактный экспрессионизм уже отходил на второй план, на сцену выходили минимализм, поп-арт, постминимализм. Ева оказалась в самом центре этих перемен. Она дружила с Соль Левиттом, общалась с Дональдом Джаддом, Карлом Андре, много времени проводила в студиях и на выставках. Её тянуло к материалам, которые тогда считались почти невозможными для «серьёзной» скульптуры: латекс, стекловолокно, резина, верёвки, проволока. Она не боялась, что работы будут выглядеть хрупкими или даже уродливыми. Наоборот, именно эта уязвимость и стала её языком.
Самые известные вещи Евы появились в последние пять-шесть лет жизни. Длинные свисающие верёвочные занавеси, неровные резиновые пластины, которые будто стекают по стене, странные мягкие формы, повторяющиеся и в то же время разные. Критики спорили: это скульптура или живопись? Это минимализм или что-то совсем другое? Сама Ева не любила, когда её пытались загнать в какую-то одну клеточку. Она говорила, что просто делает то, что чувствует нужным делать именно сейчас.
Болезнь пришла неожиданно. В 1970 году у неё обнаружили опухоль мозга. Операции, лечение, надежды — всё это длилось недолго. Ева умерла в 1970-м, в возрасте тридцати четырёх лет. После её смерти прошло совсем немного времени, и мир искусства начал понимать, насколько важной она была. Работы, которые при жизни казались слишком странными или слишком личными, теперь считаются одними из самых ярких примеров того, как женщина-художница смогла переосмыслить скульптуру и вообще границы искусства.
Этот фильм не только рассказывает биографию. Он показывает целую эпоху: как художники искали новый язык, как менялись галереи, как Нью-Йорк становился центром мирового искусства, а Европа всё ещё пыталась найти своё место после войны. Через письма, интервью друзей, архивные кадры и сами работы Евы зритель попадает в ту атмосферу — нервную, живую, полную надежд и одновременно тревоги. И понимает, что тридцать четыре года могут оказаться гораздо длиннее, чем целая жизнь.
В Нью-Йорке шестидесятых кипела художественная жизнь. Абстрактный экспрессионизм уже отходил на второй план, на сцену выходили минимализм, поп-арт, постминимализм. Ева оказалась в самом центре этих перемен. Она дружила с Соль Левиттом, общалась с Дональдом Джаддом, Карлом Андре, много времени проводила в студиях и на выставках. Её тянуло к материалам, которые тогда считались почти невозможными для «серьёзной» скульптуры: латекс, стекловолокно, резина, верёвки, проволока. Она не боялась, что работы будут выглядеть хрупкими или даже уродливыми. Наоборот, именно эта уязвимость и стала её языком.
Самые известные вещи Евы появились в последние пять-шесть лет жизни. Длинные свисающие верёвочные занавеси, неровные резиновые пластины, которые будто стекают по стене, странные мягкие формы, повторяющиеся и в то же время разные. Критики спорили: это скульптура или живопись? Это минимализм или что-то совсем другое? Сама Ева не любила, когда её пытались загнать в какую-то одну клеточку. Она говорила, что просто делает то, что чувствует нужным делать именно сейчас.
Болезнь пришла неожиданно. В 1970 году у неё обнаружили опухоль мозга. Операции, лечение, надежды — всё это длилось недолго. Ева умерла в 1970-м, в возрасте тридцати четырёх лет. После её смерти прошло совсем немного времени, и мир искусства начал понимать, насколько важной она была. Работы, которые при жизни казались слишком странными или слишком личными, теперь считаются одними из самых ярких примеров того, как женщина-художница смогла переосмыслить скульптуру и вообще границы искусства.
Этот фильм не только рассказывает биографию. Он показывает целую эпоху: как художники искали новый язык, как менялись галереи, как Нью-Йорк становился центром мирового искусства, а Европа всё ещё пыталась найти своё место после войны. Через письма, интервью друзей, архивные кадры и сами работы Евы зритель попадает в ту атмосферу — нервную, живую, полную надежд и одновременно тревоги. И понимает, что тридцать четыре года могут оказаться гораздо длиннее, чем целая жизнь.
Читать далее...
Всего отзывов
0